Распечатать

Oprah Show (14 -15 сентября 2009)

Перевод: BittaJam

Oprah Show 2009 Oprah Show 2009 Oprah Show 2009

Диктор: Ожидание позади. Это премьера 24 сезона Опры.

Уитни: Мне идти?

Опра: Да, спускайся. Привет!

Опра за кадром: Прошло 10 лет с тех пор, как я в последний раз видела ее. Самое сильное интервью, которое я когда-либо проводила.

Опра: Итак, мы поднимаемся?

Диктор: Опра. Уитни. Разговор без утайки.

Опра: Я хочу остановить запись, потому что мне нужно минутку поговорить с Уитни.

Диктор: Двухдневное событие. Премьера сезона Опры начинается прямо сейчас.

Опра: Дива. Суперзвезда. Идол. Уитни Хьюстон подарила нам одни из самых великих песен в нашей жизни. В течение двух десятилетий она давала нам "good love" и была "every woman”.

Но за успехом мегазвезды скрывалась сильнейшая боль: лечебница, наркозависимость и бурный 14-летний брак с R&B звездой Бобби Брауном.

После противоречивого интервью с Дайан Сойер в 2002 году, которое прозвали "Интервью про Crack is wack", она практически пропала из виду.

В течение семи лет Уитни хранила об этом молчание. Сейчас она вернулась с новым сильным альбомом "I Look To You".

Я встретилась с Уитни в Нью-Йорке, в театре Town Hall, в дорогом ее сердцу месте. И сегодня она открывается как никогда раньше.

 

Опра: Итак, мы сидим здесь, в театре Hall Town.

Уитни: Да.

Опра: Который, я как я понимаю, имеет огромное значение для тебя. Когда я первый раз говорила с продюсерами, то удивилась: "Как? Мы не пойдем домой к Уитни, мы не будем сидеть у нее в гостиной?" Мне ответили: "Нет, Уитни хочет чтобы это проходило здесь, потому что это место хранит особые воспоминания и имеет особое значение". Почему?

Уитни: Очень дорого мне. Моя мама... Мне было 13, мама давала здесь концерт. Мы с братом участвовали в нем, у нее на бэквокале. Мама записала версию бродвейского шоу "Энни", песню "Tomorrow". И это был мой звездный час. Я пела "And that day that's grey and lonely", мы выступали здесь в Town Hall. Я никогда этого не забуду: я была с этой стороны сцены, прошла вперед, начала петь, и все зрители бросились к сцене. Это был тот самый момент. Мама сказала мне: "Господь указывает на тебя, это то, что ты должна делать!" Это было на этой сцене, это случилось здесь. Я просто помню это чувство: "Вау!", а мама сказала: "Видишь, я говорила тебе! У тебя впреди многое." Я была маленькой хрупкой девочкой с таким большим голосом...

Опра: Я смотрю твои фотографии... Каждая афро-американская девочка в Америке (я бы сказала каждая цветная девочка)... У каждой афро-американской девочки, у всех нас есть эти фотографии с косичками-баранками. У всех нас есть эти фотографии! И неважно кто это: Уитни Хьюстон, я или Кондолиза - у всех нас они есть!

Уитни: Они должны быть! Да.

Опра: Они должны быть.. Итак, потом ты стала Уитни Хьюстон.

Уитни: Да.

Опра: Когда ты впервые была на моем шоу много лет назад... я подумала: ты – Голос [The Voice]. Ты определенно - The Voice. Я так назвала тебя.

Уитни: Да, ты дала мне это прозвище. Я помню, ты была самой первой, кто наградил меня…

Опра: Голос…

Уитни: ...этим умопомрачительным титулом

Опра: Что ты думала в эти последние 7 лет, ведь ты не записывала альбомов с 2002 года? Я читала, было время, когда ты думала о том, чтобы поехать на остров и открыть фруктовую лавку.

Уитни: Ага. Открыть фруктовую лавку, продавать фруктовые напитки, встречаться с разными людьми.

Опра: Полезная свежая натуральная еда.

Уитни: Да, натуральная еда, мы с дочерью на маленьком острове, с маленьким пляжем, ты понимаешь о чем я. Жить простой жизнью. Я объехала весь мир, ты знаешь...

Опра: Да, да.

Уитни: Я считала, что уже сделала все. Я не вспоминала о даре, данном мне Богом, я была совершенно на другой волне. Моя дочь росла перед моими глазами, и я просто хотела зафиксировать этот момент....

Опра: Ты видела, как быстро это все происходит.

Уитни: Да! О, Господи, это все проходит так быстро.. Я хотела просто наблюдать за ней, я хотела быть матерью, к этому времени я была матерью-одиночкой, хотела видеть, как она идет в школу, и быть дома, когда она возвращается. Утром говорить ей "Дорогая, пора вставать", и чтобы она отвечала "Доброе утро"... Я не хотела упустить этот момент.

На тот момент я пережила такую травму, что думала: "С меня довольно". У меня были деньги, машины, дом, муж, ребенок. Но наполненности жизни не было. Моментами я была счастлива, но мне нужно была вернуть способность радоваться жизни, ощущение мира с собой. Мне это было нужно - это одухотворенное ощущение, которое дала мне мама, когда я родилась. Я искала его.

Опра: Когда дух охватывает всех вокруг. Момент "Аллилуйя"..

Уитни: Да! Да! И мне казалось, что это все ушло...

Опра: Я думаю, такой момент был, когда пела национальный гимн в 1991 году…

Уитни: Именно. Именно. Именно.

Опра: На Cуперкубке

Уитни: Именно... Я думала, что уже сделала все, что должна была. Но Клайв сказал: "Нет, еще не все". Я уговаривала: "Клайв, но уже столько сделано", но он ответил: "Нет. Еще есть куда идти".

Опра, за кадром: Легендарный музыкальный продюсер Клайв Дэвис открыл Уитни, когда ей было всего 19 лет. Вместе они создали 8 мультиплатиновых альбомов.

Опра: Скажи мне, почему ты считала, что сделала уже достаточно? Есть замечательная цитата из L.A. Times, они пишут: "Боль и, откровенно говоря, отвращение, которые чувствовали многие фанаты поп-музыки во время падения Хьюстон, были вызваны не столько ее личной бедой, сколько, по всей видимости, небрежным обращением с национальным сокровищем, которое жило в ней".

Уитни: Вау...

Опра: Национальным сокровищем!

Уитни: Глубоко...

Опра: Глубоко. Я понимаю, о чем они говорят. Ты не такая как все остальные. Ты действительно была одарена Голосом.

Уитни: Вау...

Опра: Тебе было дано это сокровище, и люди чувствовали... "Как ты могла не знать, что должна беречь его?"

Уитни: Я знала в те дни, когда я была подростком и пела для Господа, я была уверена... Когда я стала "Уитни Хьюстон" и многое произошло, моя жизнь стала достоянием всего мира. Моя частная жизнь, мои дела, мое замужество...

Опра: Я понимаю.

Уитни: И я думала.... Это несправедливо!

Опра: Я понимаю.

Уитни: Я хотела гулять в парке, ходить с мужем по улицам, держась за руки, но медиа всегда совали нос в мои дела. Перемалывали кто мы, что делали и что не делали. Преследовали мою дочь с тех пор, как она родилась, но она не хотела этого. Я просто хотела быть нормальной, я хотела быть... хотела веселиться... у меня не было нормальных 20 лет, не было нормальных 30 лет, вся моя жизнь проходила в студии, в турах, в путешествиях по миру...

Опра: Интересно, что ты говоришь это, потому что многие годы я думала, что во многом та "Уитни Хьюстон", которую мы видели, была создана медиа. Естественно, был твой голос, талант, но эти платья, эти прически, первый клип - все это было создано.

Уитни: Да.

Опра: На самом деле ты была кем-то другим?

Уитни: Я люблю ходить в джинсах, футболках и шлепанцах. В обычные дни я такая, понимаешь? Я люблю красиво одеваться, делать прически и макияж, но это мой сценический образ.

Опра: Это то, чего от тебя все время ждут.

Уитни: Это было слишком. Просто слишком для меня. Я хотела выбраться из этого.

Опра: Хотела выбраться...

Уитни: Да!

Опра: Выйти замуж за Бобби - это был способ выбраться?

Уитни: В каком-то смысле. Потому что он позволял мне быть собой.

Опра: Ага...

Уитни: Он меня смешил. Он был страстный. Любящий. Это сводило меня с ума. Мы были влюблены до сумасшествия.

Опра: Знаешь, он был у меня на шоу.

Уитни: Да, я знаю.

Опра: Я провела всего один час с Бобби Брауном и всего за час с ним, я увидела…

Уитни: Ты это почувствовала!

Опра: Я почувствовала это…

Уитни: Эту энергию!

Опра: Эту энергию, и каким очаровательным он может быть.

Уитни: Да! Да!

Опра: Зная что происходило в твоей жизни…

Уитни: Да, именно.

Опра: Это была сумасшедшая любовь!

Уитни: Сумасшедшая! Страстная! Безумная! Мы смотрели друг на друга, и нас бросало в пот, понимаешь, о чем я? Он был настоящим мужчиной, сумасшедшим...

Опра: С ним ты была настоящей?

Уитни: Это была страсть, та самая страсть, что есть во мне.

Опра: Ага. Но было столько людей, которые думали.. из-за имиджа, который был создан - ты в этих платьях на красной ковровой дорожке...

Уитни: Принцесса выходит за плохого парня.

Опра: Я как раз собиралась это сказать. Знаешь, Дисней сделал этот масштабный фильм с первой черной принцессой.. Но это ты была первой черной принцессой!

Уитни: Да, верно!

Опра: Получается, принцесса выходит замуж за плохого парня.

Уитни: Ага.

Опра: Это была твоя инициатива?

Уитни: Нет, это было на шоу Soul Train Awards, он вышел на сцену и спел "My Prerogative". Он летал там. Он умел двигаться.

Опра: Что он сказал тебе? Это он тобой заинтересовался или ты им?

Уитни: Он заинтересовался мной.

Опра: Правда?

Уитни: Да!

Опра: И что он тебе сказал?

Уитни: Ну он подошел так: "Эй, слышишь. Я тебя тут спросить кое о чем хочу, ага? Если бы я тебя пригласил на свидание, ты бы сказала да?" И я ответила: "Да, я бы сказала да. Определенно". И с того момента у нас началась связь. Мы стали друзьями. Мы ходили на свидания три года, прежде чем поженились. Три года. Летали на джетах по всему миру и делали, что хотели.

Опра: На самом деле все думали: "Что принцесса делает с этим парнем?"

Уитни: Они себе совершенно не представляли, каким он был милым, мягким, нежным. Таким никто его не знает. Он был очень тихим человеком. Когда артист выходит на сцену, он один. Но дома он был отцом. Он был мужчиной. Он все контролировал. Мне это нравилось.

Опра: Тебе это нравилось?

Уитни: Мне это нравилось, потому что всегда все контролировала я, и вот появился он, и все подумали: "Ух ты, у нее теперь кто-то есть". Когда он что-то говорил, я слушала. Мне было очень интересно, что кто-то контролирует меня. Это было... в новинку.

Опра: Это было в новинку, потому что всю остальную твою жизнь...

Уитни: Я контролировала ее.

Опра: ты контролировала?

Уитни: Абсолютно все.

Опра: И для тебя это была возможность дать кому-то управлять собой?

Уитни: Да, да. И нам.. нам было весело. Он был веселый, учил меня танцевать, как двигать бедрами, ты понимаешь, нас можно было описать одним словом: страсть.

Опра: Я помню одну вещь из интервью, которое ты дала Дайан Сойер в 2002 году. Мир был шокирован, когда она спросила тебя о зависимости, и ты сказала, что если и была зависимость, то это была зависимость от занятий любовью.

Уитни: Да, этого было много. Много.

Опра: Когда все пошло не так? Может ли быть слишком много страсти, слишком много?...

Уитни: Да. Это может раздавить тебя... После Телохранителя...

Опра: После?! Так рано.

Уитни: 1993, 1994, 1995 годы были заполнены "Телохранителем". Этот альбом поглотил меня. Это был длинный путь.

Опра: Длинный путь. And Iiiiii-iiiiii.... да, да, конечно.

Уитни: Меня закрутило вихрем в то время. Я ездила повсюду. Эта запись была настолько масштабной. У меня родился ребенок.

Опра: Самой масштабной?

Уитни: О, Боже. У меня на руках был ребенок, и мужчина - любовь всей моей жизни - которого я любила настолько сильно, что сходила по нему с ума. Он бросил все остальное, отложил все свои дела в сторону и просто сказал: "Я буду с тобой. Не волнуйся. Иди, делай свое дело". Я думаю, что что-то происходит внутри у мужчины, когда женщина получает такую власть и такую славу....

Опра: Если у него нет собственной.

Уитни: Если у него нет его собственной. И я говорю...

Опра: Я знаю, о чем ты. Я прекрасно понимаю, о чем ты...

Уитни: Да, да.

Опра: Поговорим о тех годах, потому что таким будет мой следующий вопрос тебе. Я не знаю, каково это - жить в мире, где ты - Бобби Браун, но по сути ты в тени.

Уитни: Да. Он поддерживал меня, он любил меня, мы яростно боролись и страстно любили, и я думаю, в определенное время... начали проявляться и другие чувства.

Опра: Он завидовал тебе?

Уитни: Ему это не понравится, но да.

Опра: И тогда ты начала пытаться это компенсировать?

Уитни: Я пыталась поддаваться все время. Правда. Я пыталась сделать вид, что "Я миссис Браун, господа. Не называйте меня мисс Хьюстон, я миссис Браун".

Опра: И что ты думаешь об этом сейчас? Потому что когда даже просто слушаешь, как ты это всё рассказываешь, у меня волосы встают дыбом. Потому, что ты - Уитни Хьюстон. С голосом, являющимся национальным достоянием. Такого нет ни у кого из ныне живущих. И ты пыталась подавить себя?

Уитни: Да. Вокруг было столько людей, пытающихся нас рассорить. То его дергали, то меня.

Опра: Ты стала терять себя во всем этом?

Уитни: Да

Опра: В попытке...

Уитни: В попытке угодить

Опра: И ты пыталась быть не такой значимой.

Уитни: Да

Опра: И вот тогда все пошло не так?

Уитни: Да.

Опра: Ты стала гасить свой собственный свет?

Уитни: Да.

Опра: Ты все еще беспокоишься о том, чтобы угодить ему?

Уитни: Нет. Совсем нет. Есть вещи, которые я могу рассказать. Поверь мне, я могу рассказать о многом, что его взбесит. Он всегда ненавидел, что люди говорили: "Ты ей завидуешь. Ты просто завидуешь ее славе, ее удаче и тому, что у нее есть" и все такое. Он просто бесился. Но это неудивительно для мужчины чувствовать это. Или чувствовать, что дотягиваешь.

Опра: Ты же Уитни Хьюстон.

Уитни: Да. И дело не только в популярности, но и удаче.

Опра: И поэтому ты согласилась участвовать в шоу "Быть Бобби Брауном"?

Уитни: Да! Именно поэтому. Я просто хотела... я... я просто хотела, чтобы люди знали, что я его жена.

Опра, за кадром: В 2005 году вышел первый и единственный сезон шоу "Быть Бобби Брауном". Это был взгляд изнутри на жизнь Уитни и Бобби, какой ее не видели никогда ранее.

Опра: Ты понимала, во что ввязываешься, когда подписалась на это?

Уитни: Нет. Зато знала, когда подписывала свои предсвадебные бумаги. Я знала, что я буду рядом. Но, на самом деле, нет, я не понимала. Я любила. Я сходила с ума от любви. Все остальное было неважно.

Опра: Он пришел к тебе и сказал: я буду снимать это шоу, и у нас тут по всему дому будут камеры?

Уитни: О, нет, я не знала, я действительно не знала, потому что для меня это было так: "Окей, я твоя жена, что я должна делать?"

Опра: Вы все смотрели это шоу?

Уитни: Конечно.

Опра: И что ты думала?

Уитни: Я толком не знала, что думать. Я знала лишь, что пыталась быть Миссис Браун. Эту роль я пыталась играть, не перетягивая внимания на себя, что было трудно.

Опра: То есть, ты сделала это для него?

Уитни: Да, для него. Я сделала это для него. Я сделала это с ним. Как я могла не участвовать в реалити-шоу. Я его жена, и меня там не будет?

Опра: Многие его критиковали, и, кажется, один из критиков назвал шоу крушением поезда. Смотреть его - это было как наблюдать за крушением поезда.

Уитни: Да... Это было безумие.

Опра: Как ты считаешь, оно высветило, что между вами было что-то не в порядке?

Уитни: Да, еще как. Конечно, я так считаю.

Опра: Я думаю, что многие люди, после того, как увидели тебя в этом шоу, стали беспокоиться о тебе, и о том, что на самом деле с тобой происходило. Что с тобой тогда было?

Уитни: Разные вещи…

Опра: Ты была счастлива?

Уитни: Нет...

Опра: Ты была счастлива с ним, ты была счастлива в этих отношениях?

Уитни: Я не была счастлива в браке.

Опра: Ты была довольна собой?

Уитни: Я теряла себя в этом.

Опра: В браке?

Уитни: Да. Я пыталась угождать.

Опра: Ты пыталась также потому, что весь мир говорил, что это не продлится и шести минут? Ты пыталась доказать, что весь мир ошибается?

Уитни: Я настойчиво пыталась настоять на своем. Так настойчиво. И спустя некоторое время, ты начинаешь терять то, что является самой сутью любви. И ты хочешь заявить всем, понимаешь?

Опра: Вау...

Уитни: Да, я просто пыталась заявить: "Ребята, вам не выиграть. У вас не выйдет. Мы женаты. Мы любим друг друга. Мы с ума сходим друг по другу. Мы хотим иметь семью. Я просто не позволю вам это сделать с нами. Просто не позволю". И то же касается его. Он был настойчив. Мы боролись. Но как-то постепенно это действительно превратилось в бардак, и мы что-то потеряли. И тогда мы начали делать другие вещи, которые вошли в наш брак. И тогда ты уже просто не можешь выбраться из этого, когда вокруг тебя много всего происходит.

Опра: Когда начались наркотики?

Уитни: Ну хорошо. До... Телохранителя... были только очень легкие. После Телохранителя, когда у меня была Крисси, начались тяжелые.

Опра: Очень легкие - это.. это что? Какой наркотик ты выбрала?

Уитни: Кокаин.

Опра: Кокаин?

Уитни: Да. Марихуана. Это все. Но он любит выпить. Я не пью. Алкоголизм - гадкая вещь. Ты можешь быть добрым алкоголиком, а можешь быть злым. Вот он был очень злым.

Опра: То есть, личность меняется, когда ты пьешь?

Уитни: Да. Еще как!

Опра: Он был жесток?

Уитни: Он боялся что-то делать со мной, потому что моя семья была очень, очень... "Ладно, парень. Помни. Тебя уже однажды предупредили", понимаешь? Так что он вроде как избегал этого, но с ним я будто становилась маленькой девочкой, которая ничего бы не сказала.

Опра: "Жестокий" - это интересно… Я имею ввиду, так много женщин держатся за это: "Он никогда меня на самом деле не бил", и они правда думают, что если он ни разу физически не ударил тебя и не оставил на тебе шрамов...

Уитни: В эмоциональном плане он применял насилие.

Опра: Насилие...

Уитни: Физически - никогда.

Опра: Никогда?

Уитни: Нет, никогда. Прежде всего, я росла с двумя мальчишками, и я дам сдачи. Дам сдачи тем, что попадется под руку, понимаешь? У меня два брата, у меня есть члены семьи, которые могут сказать... "Братишка, не делай этого, а то тебя найдут", такая штука.

Опра: Он никогда не трогал тебя?

Уитни: Никогда.

Опра: Никогда не поднимал на тебя руку?

Уитни: Однажды он стукнул меня, но трижды получил по голове.

Опра: От тебя?

Уитни: От меня, да. Потому что зашел слишком далеко.

Опра: То есть это был барьер, который ты держала: "если ты тронешь меня..."

Уитни: Да. Но эмоционально, те слова, что он говорил... он держал меня в ужасе.

Опра: Что самое худшее он тебе говорил, чем ты можешь поделиться?

Уитни: Я помню этот момент. Это был его день рождения, и я устроила для него вечеринку в клубе в Атланте, Buckhead. Он много выпил в ту ночь. Напился. И по какой-то причине... все, что я делала для него, я пыталась сделать его счастливым - это обернулось против меня. Это было странно. Сейчас я стала понимать, что алкоголики мучают людей, которых любят, понимаешь. И когда мы вернулись в дом - он взбесится, что я рассказываю это - он он плюнул в меня. Он плюнул в меня. Он фактически плюнул в меня. И моя дочь спускалась по лестнице, и она увидела это. Это было довольно впечатляюще. Потому что я... я не росла в таком. И я не понимала, почему это случилось. Но у него была такая ненависть в глазах... ко мне... Потому что я любила его так сильно. Он проклинал меня всю дорогу домой на глазах у своих родителей, а потом плюнул в меня.

Опра: И что ты почувствовала?

Уитни: Я была в ужасе. Он плюнул в меня. Мне в лицо.

Опра: Это стало решающим моментом для тебя или ты проснулась утром и спустила все на тормозах, загнала это глубоко в себя?

Уитни: Я была в ярости. Мне было очень больно. Я очень злилась. И я знала, что что-то, что-то... что взорвусь. Я позвонила подруге и сказала "Приезжай и забери меня, потому что это последняя капля". Я была почти в двух футах от двери в этот момент. Я была готова уйти, и попросила меня забрать. А он толкнул меня к стене.... Я говорила по телефону, и я... и я взяла телефон и ударила его им по голове. И он упал на пол, и... Это была просто трагедия. И моя дочь спускала по лестнице, она увидела это: "Папа!", знаешь..

Опра: Кровь?

Уитни: Да... "Мама, что ты сде..." Я.. Я сказала: "Я ему говорила не делать этого!" И все повторяла: "Я говорила ему не делай этого, не делай этого!" Это был лишь один из таких моментов. Полный ненависти. Ужасающий.

Опра: Итак, мы говорили о легких наркотиках до "Телохранителя", и после "Телохранителя"…

Уитни: Тяжелые.

Опра: Тяжелые…

Уитни: Тяжелые. Потому что тогда я знала, что мы пытаемся спрятать боль.

Опра: Тогда ты пыталась спрятать боль

Уитни: Я пыталась скрыть боль, да, я пыталась скрыть боль.

Опра: Да, ведь это для мира "Телохранитель" был одним из величайших моментов в истории CD, альбомов, и вынес тебя на такой уровень популярности

Уитни: Верно. И вспомни, я после этого был "В ожидании выдоха"

Опра: Верно

Уитни: И этот альбом тоже был очень успешный...

Опра: И "Жена священника"

Уитни: И "Жена священника"... Во времена "Жены священника" это уже было ежедневно. Я выполняла свою работу, но после работы на протяжении года или двух это было каждый день.

Опра: Наркотики?

Уитни: Да, да.

Опра: И ты использовала наркотики, чтобы спрятать боль?

Уитни: Да. Я определенно не была счастлива в то время, я... я теряла себя, моя мама приезжала дважды и пыталась поговорить со мной, мол: "Мы не знаем, что происходит, но что-то происходит."

Опра: Ты отрицала это?

Уитни: Не совсем. Я просто не говорила. Я знала, что несчастна, но не хотела, чтобы кто-то еще знал, что происходит. Это было внутри нашего дома.

Опра: Когда ты поняла, что с этим браком ничего не выйдет?

Уитни: Я просто знала... я чувствовала: "Ты не так пахнешь, ты не так выглядишь, что-то не так". И всякие другие вещи стали всплывать о нем, что то он с одной, то с другой, беспорядочные связи. Тащил эту грязь в мой дом.

Опра: Это было больно?

Уитни: Это мучило меня. Я была встревожена.

Опра: Ты в это верила?

Уитни: Да. Потому что я проверила. Я проверила. Я не старалась специально, но проверила.

Опра: Ты проверила. То есть это точно, что он был с другими женщинами и приводил их в твой дом...

Уитни: Да, и пользовался моей кредиткой. Конечно, у нас были проблемы с этим. Да, да, довольно большие. Да.

Опра: То есть, ты знала, что все кончено, но все равно боролась против этого?

Уитни: Да, он... я стала перевозить мебель из дома, понемногу я стала забирать свое из дома. И я даже попросила его уйти. И он сказал: "Нет, ты уходи". Я сказала, "Это мой дом! Почему ты хочешь, чтобы я уходила?" - "Нет, ты уходи, я никуда не пойду! Я остаюсь здесь, и ты тоже никуда не пойдешь". И я сказала "Ладно, я боюсь, что... боюсь что на этом...." И тут он ударил меня. Но он был на испытательном сроке за нарушение правил дорожного движения. И он забыл.

Опра: Забыл, что нельзя никого бить?

Уитни: Да, ты не можешь никого ударить, когда ты на испытательном сроке.. Это будет нарушением.. Так что это пошло в суд по насилию в семье, но я просто не могла представить, что могу отправить его в тюрьму.

Опра: Так ты всегда появлялась на всех этих судебных заседаниях потому, что ты чувствовала, что должна быть рядом со своим мужчиной?

Уитни: Я должна была. Да, ведь я его жена.

Опра: Знаешь, что я поняла сейчас, но не понимала тогда просто как наблюдатель со стороны: опять судебное заседание с Бобби Брауном, и еще одно заседание, и еще, и я думала, почему ты снова с этим связываешься. А сейчас я понимаю, что ты действительно серьезно относишься к тем клятвам.

Уитни: Очень, Опра. Всем сердцем.

Опра: Да

Уитни: Всем сердцем

Опра: Да, я это понимаю сейчас. Ты пыталась быть хорошей женой.

Уитни: Что Бог соединил, человеку не разнять. [Примечание: Цитирует библию о том, как жена и муж становятся одним целым] Да прилепится муж к жене и станут они одной плотью. И я относилась к этому очень серьезно. Очень серьезно. Брак был для меня очень важен. Потому что меня так воспитали.

Опра: И ты была уверенна, что ты...

Уитни: Что я сохраню мои ценности...

Опра: Что ты сохранишь свои ценности...

Уитни: О да, о да, о да. Я никогда не изменяла, никогда ничего такого не делала. Единственное, что я делала.. я... я принимала наркотики.

Опра за кадром: В 2003 году Бобби Браун был арестован по обвинению в предположительном избиении Уитни Хьюстон. Он не был признан виновным и публично отрицал, что когда-либо бил ее.

Опра: Скажи мне, насколько далеко зашло с наркотиками?

Уитни: Когда не разговариваешь, когда живешь в одном доме, сидишь рядом с человеком и неделями не говоришь ни слова. Ты просто сидишь. И просто смотришь телевизор и иногда... Настолько далеко.

Опра: Не могу себе представить... Ты просто смотришь телевизор?

Уитни: Да.

Опра: И нюхаешь кокаин?

Уитни: Да.

Опра: Или вы курили?

Уитни: Да, мы курили травку, мы ее смешивали с основанием. Мы не были на крэке. Нет, никакого крэка. Мы не покупали двадцати долларовую порцию. Мы платили деньги. Мы покупали килограммами, унциями. У нас был целый притон.

Опра: То есть, вы употребляли в чистом виде?

Уитни: В основном да... Мы... Мы не курили через трубку, так далеко мы не заходили.

Опра: Нет?

Уитни: Нет. О, нет.

Опра: А как вы курили?

Уитни: Ты смешиваешь его с марихуаной.... Опра, окей. Слушай меня.

Опра: Окей, слушаю.

Уитни: Ты смешиваешь его с марихуаной, склеиваешь, заворачиваешь и куришь. Это просто другая форма. Это как... почти как коктейль из героина и кокаина, но ты снижаешь воздействие с помощью марихуаны.

Опра: То есть, твоим наркотиком была травка, смешанная с кокаином?

Уитни: Да, с кристаллизованным кокаином.

Опра: С кристаллизованным кокаином

Уитни: Да. да...

Опра: И травка как бы снижала скорость

Уитни: Да, снижала воздействие, да

Опра: Ага

Уитни: Только вот он еще и принимал алкоголь, я нет, я не пила, он пил.

Опра: И вы принимали... какие объемы этого?

Уитни: О, Господи... я не могу, не могу... на это ушло много денег, знаешь. да.

Опра: И вот в то время, когда ты употребляла наркотики, ты, очевидно, не думала о Голосе? Ты просто думала о...

Уитни: О, я совершенно забыла о той жизни. Это было как...

Опра: Как в другой жизни?

Уитни: Да, у меня было столько денег к тому времени, это было как "Пффффф". Я не думала об этом. Я вообще не думала. Ни о чем таком. Вспомни, мы летали по стране на джетах...

Опра: Ага.

Уитни: Могли смотаться в Париж на день или два.. В круиз по Средиземному морю...

Опра: Наркотики давали тебе какое-то.. какое-то чувство облегчения?

Уитни: Иногда. Не забывай, были времена, когда мы хохотали до упаду. Иногда хорошо проводили время. Но когда ты доходишь до точки, когда сидишь дома и просто... просто пытаешься скрыть то, что не хочешь, чтобы кто-то знал, понимаешь, это больно. И тогда ты хочешь еще. Чтобы просто... Никто не видел, как ты плачешь. И чтобы никто не видел что вы... что вы несчастны. Это не работает. "Что-то не так. Что ты делаешь? Что происходит? Почему ты так разговариваешь со мной? Почему ты так разговариваешь со мной?" "Я не разговариваю так." "Почему мы просто не смотрим друг на друга, а смотрим телевизор?"

Опра: Т.е. ты считала, что твоя жизнь как "Уитни Хьюстон", какой мы ее знаем, была кончена?

Уитни: Я вообще об этом не думала. у меня было так много денег и полный доступ ко всему, что я хотела, и все меня спрашивали "Что ты хочешь? Что тебе нужно?", понимаешь? Я больше не думала о пении.

Опра: Правда? И ты не скучала по этому?

Уитни: Нет. Моя жизнь просто "пшшшшшш", мои двадцать лет ушли, я вышла замуж в 28, в 30 я родила дочь, молодые годы ушли, и я просто... искала... свою юность.

Опра: Да.

Уитни: Понимаешь? такая штука.

Опра: Что поразительно - мир знает, что во время Телохранителя тебя катапультировало на звездную вершину, о которой большинство людей могут только мечтать, и... там была... еще и темная сторона. Даже в то время, когда ты сияла так ярко, так ослепительно, что глазам было больно,

Уитни: Да

Опра: Ты старалась приглушить этот свет в cвоем собственном доме?

Уитни: Да

Опра: Чтобы иметь возможность существовать в мире.

Уитни: Да, да

Опра: Я понимаю.

Уитни: Понимаешь, я девочка, которая выросла в Нью-Джерси, у нас там обычная жизнь, понимаешь, о чем я?

Опра: Ты не была готова ко всему ЭТОМУ?

Уитни: Я была... я знала об этой жизни, потому что Дионн была звездой, моя мама была очень известной, понимаешь, я была окружена этим, но я никогда не думала, что это будет чем-то настолько большим, я не имела представления о масштабах того, что называют "поп-иконой". Я не.. я не знала... я даже не знала, что означает слово "поп-икона" в то время, когда ею стала.

Опра: Это высокая планка. Потому что ты уже всё сделала и все получила...

Уитни: Я так и считала, я считала... Да, я так и думала, что уже всё сделано, чего ещё можно добиться? Теперь я могу пожить своей жизнью, заниматься своими делами....

Опра: Ты сказала, что осознала, что брак распадается. Тогда ты приняла решение, что должна выбраться из этого?

Уитни: Да. Я помню, как однажды  обращалась к Богу, просила: "Дай мне один день силы". Потому что я была слабой. Я была такой слабой по отношению к нему... Я была слабой по отношению к... любви. Я думала: "Это любовь? Что это такое? Где я?"

Опра: Ты была слабой по отношению к нему, или это была слабость к наркотикам? Потому что мир воспринимал это так, что у тебя была слабость по отношению к наркотикам.

Уитни: Он был моим наркотиком.

Опра: Я понимаю.

Уитни: Он был моим наркотиком. Я ничего не делала без него. Я не употребляла без него. Мы делали это вместе. Понимаешь, мы были партнерами. И в этом был мой кайф. Он. Он и я вместе. И что бы мы ни делали, мы делали это вместе. Не важно что, но вместе.

Опра: Потому что ты была его женой.

Уитни: Да! И он был моим мужем. И я сделаю так, чтобы это случилось, и у нас это получится, понимаешь. Вот так все было.

Опра: Бывали ли дни, когда ты была под наркотиками и не понимала, что происходит? Потому что я помню время, когда - не помню, какой это был год - когда твоя невестка, я думаю, это была твоя невестка, продала фотографии твоей ванной таблоидам?

Уитни: Да, меня там не было тогда.

Опра: И она сказала, что бывали дни, когда ты запиралась в комнате и оставалась там, и что ни с кем не разговаривала целыми днями. Что-нибудь из этого правда?

Уитни: Конечно.

Опра: Ты просто сидела в своей комнате и принимала наркотики?

Уитни: Да. Говорила по телефону.

Опра: Смотрела телевизор?

Уитни: Смотрела телевизор. Слушала госпел. Я все еще читала мою Библию, что довольно удивительно. Я все еще читала мою Библию. Это все еще было во мне. Я знала, что Господь был там. Я знала, что свет был там, и я просто пыталась вернуться к нему. Я пыталась духовно вернуться к этому, к своей вере.

Опра: Потому, что ты знала, что ты пропадаешь?

Уитни: Да

Опра: Ты думала, что что-то должно случиться в эти сумасшедшие, заполненные наркотиками дни, когда сидела там часы и дни напролет?

Уитни: Бывали моменты... Знаешь, когда он крушил вещи, бил вещи в доме. Бокалы. У нас был огромный портрет - мы с ним и с ребенком. Он отрезал мою голову с этой картины. Понимашь... И я подумала, что это действительно странно. Я поняла, что то что он вырезал мою голову из картины, это уже перебор для меня. Это.. Это был знак. И тогда начались другие вещи, например, он стал рисовать глаза в моей спальне. Только глаза. Дьявольские глаза, которые смотрели в каждую точку комнаты.

Опра: Он стал рисовать на стенах?

Уитни: Да. На коврах, на стенах, на дверях шкафов. Когда я открывала дверь, там была одна картина. Когда закрывала ее, там была другая - глаза, лица. Это было действительно странно...

Опра: Значит, он рисовал?

Уитни: Да, краской из баллончиков.

Опра: Хм

Уитни: Да. Я говорила: "О, ты у нас становишься художником!" иногда, понимаешь.

Опра: Что ты делала со всем этим?

Уитни: Я смотрела на все это и думала: "Боже, да что здесь на самом деле происходит?" Потому что я была очень напугана, я думала, что что-то взорвется, что-то случится.

Опра: Тебя заставили пойти в клинику?

Уитни: Ага.

Опра: Как долго ты была в клинике?

Уитни: Весь срок. Ты должен там быть 30 дней. Я была в такой, куда я могла взять с собой своего ребенка. Я повсюду должна была быть с ней. Я хотела, чтобы она поняла. Я не лгала ей.

Опра: Правда?

Уитни: Я не могла.

Опра: Ты объяснила ей насчет наркотиков?

Уитни: Да.

Опра: Что ты ей сказала? Как сказать это своему ребенку?

Уитни: Я как бы связала это с нашим образом жизни. И что может случиться.

Опра: И ты взяла ее с собой в клинику?

Уитни: Этот центр назывался "Надежда для женщин".

Опра: Ага.

Уитни: В Атланте. Ты можешь взять туда с собой ребенка, и я взяла ее с собой. Я это сделала. И однажды моя мама, после этого... я вышла из программы, но все продолжалось. Наркотики не прекратились. И однажды моя мама приехала ко мне домой. Это довольно забавно. Но сейчас, оглядываясь назад, я вижу любовь... которую моя мама испытывала ко мне, которую она испытывает ко мне. Она зашла ко мне с несколькими шерифами и сказала: "У меня здесь судебный запрет. Будет по-моему, и никак иначе. Ты сделаешь заявление по телевизору, и уйдешь. И скажешь, что бросишь это, потому что это того не стоит".

Опра: Вау... твоя мама пришла к тебе домой с шерифами?

Уитни: Да, она сказала, что это того не стоит. Она сказала: "Если ты двинешься, Бобби, шериф тебя забeрет. Не делай ни единого движения". И он стоял там вот так, он был напуган. А она сказала: "Пойдем. Давай сделаем это. Я не отдам тебя этому миру. Я не отдам тебя дьяволу. Я хочу свою дочь обратно. Я хочу, чтобы ты вернулась. Я хочу снова видеть этот свет в твоих глазах. Я хочу видеть ребенка, которого я воспитала. И тебя не так воспитывали. И мне это не нужно. Так что делай выбор, и ты сделаешь его здесь и сейчас, потому что у меня судебное распоряжение, которое гласит, что ты должна идти". Я начала: "Мам, но я не..." а она возразила: "Или по-моему, или никак. Вот моя внучка, и ты все сделаешь правильно, девочка".

Опра: Так твоя мама сказала, что ты поедешь в лечебницу, или что тебе нужно выбираться из этого брака?

Уитни: "Ты должна отправиться в лечебницу и принять решение".

Опра: Принять решение…

Уитни: С чистым разумом. Я просто знала, что подошла к той черте, когда я обязана сделать выбор. Помню только как молилась: "Дай мне один день силы, я выйду в эту дверь, и не буду оглядываться". И однажды такой день пришел. И я ушла. Помню, как сказала: "Я схожу за сахаром и молоком, и вернусь".

Опра: И ты знала, что это тот самый день?

Уитни: Я знала это.

Опра: Ты это знала?

Уитни: И я больше не возвращалась. Я отправилась в Лос-Анджелес, и в следующий раз вы услышали обо мне, когда я уже была в Лос-Анджелесе. Я ушла.

Опра: И когда ты пошла за сахаром, ты знала, что не вернешься?

Уитни: Я не собиралась возвращаться.

Опра: Ух ты.

Уитни: Потому что это конец... Я стала вывозить мебель, выставила дом на продажу, машины, все, я начала просто избавляться от всего.

Опра: До или после этого?

Уитни: После. После того, как ушла, я была в доме у подруги. К ней он бы не пришел и не стал бы меня доставать. Это был дом определенного человека, моей подруги, он бы не пришел туда, потому что она предупредила: "Если ты придешь сюда, я просто пристрелю тебя. Так что не беспокой ее. Оставь ее в покое. Ей нужно определиться со своей жизнью".

Опра: Нда... где была Бобби Кристина во время всего этого безумия?

Уитни: Я увезла ее из дома, прежде чем уйти... Она была с моим братом Гэри и невесткой Пэт, которые жили в пяти минутах ходьбы от меня. Потому что это зашло слишком далеко. Они заботились о ней, пока она ходила в пятый и шестой класс. Тогда я пыталась просто собраться и решить, что делать, куда идти, как это все сделать, как выбраться из этого. А потом я несколько раз переезжала, и однажды взяла ее с собой, в Калифорнию, и мы жили там полтора года.

Опра: То есть ты разошлась с Бобби Брауном тогда, когда мы даже не знали об этом?

Уитни: Да.

Опра: Да. ммм.

Уитни: Да, да.  Я ушла, да. Никто даже не знал.

Опра: Ты чувствуешь, что даже несмотря на то, что ты забрала ее из дома, она все равно видела слишком много, слышала слишком много, пережила слишком многое?

Уитни: Она видела достаточно. Плевка в лицо было достаточно. Она сказала: "Мам, он плюнул тебе в лицо?" Я посмотрела ей в глаза, а она мне, и я ответила: "Да. Но все в порядке". И она сказала: "Нет, не в порядке. Не в порядке. Нет, мама, не в порядке". И я сказала ей: "Сделай мне одолжение, сделай это для мамочки. Я доверяю Богу, а ты доверься мне, ты можешь не понимать этого сейчас, но просто доверься. Я буду рядом всегда. Просто поверь мне. И мы выберемся из этого, мы будем счастливы. И когда ты станешь старше, я постепенно расскажу тебе, почему все это происходит, почему мама должна была уйти". Но когда мы приехали в Калифорнию, она была очень недовольна, она не понимала, она боролась со мной. Я окружала ее любовью, я обнимала ее, я продолжала стучаться в эту дверь, я вставала на колени, я продолжала молиться, говорила, как люблю ее. И я ждала его. Да, я ждала, что он вернется, и скажет... все что он делал, а он делал много мерзкого вне брака. Я продолжала думать о том, что он тащит все это в мой дом, к моей дочери, я не хочу, чтобы она думала, что это любовь, что любовь может быть такой.

Опра: Это после того, как ты переехала в Калифорнию?

Уитни: Да, да.

Опра: И даже после того, как ты переехала в Калифорнию, ты надеялась, что вы сможете быть вместе?

Уитни: Я надеялась, я ждала.

Опра: В каком году это было?

Уитни: В 2006-м. У просто села в самолет, у меня было две пары штанов, кроссовки, два комплекта белья, я сложила всё это в маленькую сумку. Моя подруга села на самолет вместе со мной.

Опра: Это когда ты молилась о силе, чтобы уйти?

Уитни: О да, да. И однажды я лежала на полу в квартире моей подруги, пытаясь решить, что же мне делать. И...

Опра: Это решение было принято, потому что ты этого хотела или потому что понимала, что общественность этого хочет?

Уитни: На тот момент мне было все равно.

Опра: Ты больше не собиралась бороться за имидж в глазах публики?

Уитни: Нет, не собиралась. Потому что я не собиралась быть в несвященном браке. Я не собиралась жить с мужчиной, который не хочет жить как я, который не относился к браку как я. Идти на компромисы. Посвящать себя семье. Быть искренним. Быть преданным. Все эти вещи. Я не собиралась жить с таким человеком. А он делал все противоположное. И в тот момент я решила остановиться. Я имею ввиду наркотики, все это, просто прекратить. А он... он хотел продолжать. К тому времени, злая сила хотела... враг хотел войти и взять верх, а я хотела его изгнать. И я много молилась, очень много. И моя мама, боец, пришла и сказала: "Отпусти. Отпусти. Просто отпусти".

Опра: Что она говорила все это время? Она осознавала, какими бурными были эти отношения? Или вы опускали занавес и перед ней?

Уитни: Она хотела... она... я не могу играть перед ней...

Опра: Ты не можешь одурачить Сисси Хьюстон.

Уитни: Да, ты не можешь одурачить Сисси. Сисси приходит и начинает: "Мне все равно, что ты скажешь. Я знаю моего ребенка. Я смотрю в твои глаза, и я знаю, что ты несчастна. И если ты не выберешься из этого, что-то произойдет. Я тебя не отдам".

Опра: Было время, когда ты думала, что ты не выберешься из этого, думала: "Ладно, вот так оно все будет, я буду сидеть в этой комнате, курить травку с кокаином, смотреть телевизор, ни с кем не разговаривая неделями..." пока твой муж рисует злые глаза. Были времена, когда тебе казалось, что так все и будет?

Уитни: Ты знаешь, по какой-то причине я никогда так не думала. Что-то всегда боролось во мне.

Опра: Ты знала, что будет что-то иначе?

Уитни: Я знала, что что-то борется во мне.

Опра: Что в конце концов заставило тебя решить: "Я ухожу из этого брака"? Ты уехала в Калифорнию. Ты ждала..

Уитни: Я ждала. Я уехала в Калифорнию. Я купила себе маленький домик здесь, в Лагуне. Кое-кто из моих друзей достал самолет для меня. Отвез меня туда на частном самолете. Я связалась с адвокатом. Это наш друг, который просто помогает людям, которые прошли через... знаешь, всякое в жизни, понимая, что они запутались. И через пару месяцев он сказал, что едет, но так и не приехал. Я беспокоилась только о моей дочери, о том, как она воспринимает своего отца. Я пыталась рассказать ей правду, это было очень сложно, потому что она была еще ребенком, понимаешь, 13 лет - еще расти и расти, чтобы превратиться в молодую женщину. И я давала ей по чуть-чуть, понемногу. Но из интернета можно многое узнать. Как-то она подошла ко мне и спросила: "Мама, это папа?", и я ответила "Да". Она увидела его с....

Опра: Другими женщинами

Уитни: Спасибо. Безумие, понимаешь? И она сказала: "О, нет, нет, нет. Разведись с ним".

Опра: Твоя дочь сказала?

Уитни: Она сказала: "Мама, я вижу, каково тебе. Ты остаешься здесь, со мной. Ты любишь меня. Ты отводишь меня в школу. Ты многое делаешь для меня. Ты меня не разочаровываешь. Ты меня не обманываешь. Ты рядом со мной. Он говорит мне, что приедет, и никогда не приезжает. Понимаешь? Он говорит, что купит мне что-то, и никогда не привозит ничего". Она сказала: "Ты этого не заслуживаешь, и я тоже". Она была куда умнее, чем я могла себе представить.

Опра: Если бы твоя дочь не сказала этого, ты думаешь, ты бы осталась? Ты все еще боролась бы с этим? Или это был поворотный момент для тебя?

Уитни: Мой дух не оставлял меня. Дух Господа сильнее, чем любой другой. И в какой-то момент он помогает тебе принять решение. Моя невестка молилась за меня.

Опра: Пэт Хьюстон?

Уитни: Да, Пэт Хьюстон, конечно. Мои братья были рядом со мной. Знаешь, моя семья была на моей стороне.

Опра: Так через все это... эти люди...

Уитни: Прошли со мной. Да. да... и еще был Клайв, который сказал: "Я не верю, что все кончено". Он сказал: "Ни за что. Господь не дает свои дары просто так и говорит, что все кончено. Это не может так закончиться. Это не может так быть дальше". Он сказал: "Плюс, во мне еще кое-что осталось". И я подумала "Вау", он сказал "Я дам тебе год, а ты решай. Но мир ждет, они хотят снова тебя слышать". Я шла в магазин за продуктами, и люди спрашивали: "Когда вы запишете новую пластинку? Я хочу снова слышать ваши песни. Я хочу снова слушать, как вы поете". Я чувствовала человеческое тепло. От матерей, которые говорили: "Вот кого я слушала, когда росла".

Опра: Кого ты любишь?

Уитни: Господа. Правда. Я так благодарна ему за его милость и доброту. И за то, что Он никогда не бросал меня. Я люблю мою мать. Мою дочь. Моих родственников, моих сестер, моих братьев. Я люблю тебя.

Опра: Я тоже тебя люблю.

Уитни: Потому что я знаю, что где-то там ты тоже молилась.

Опра: Я молилась, молилась.

Уитни: Я знаю, я знаю, знаю. И ужасно то, что могло случиться. Это был жизненный опыт, понимаешь?

Опра: Да.

Уитни: Я никогда не проходила через что-то настолько тяжелое, у меня было прекрасное детство, хорошая мама, прекрасный папа. Моего отца больше нет, а я его так любила. Это оставило большой след. Когда все стало превращаться в безумие, моего папы не стало. И мой муж стал вести себя.. я думаю, он считал: "Ну, его ж больше нет".

Опра: Теперь нет твоего отца..

Уитни: Да, да, но у меня есть моя мать.

Опра: Но твой отец предъявил тебе иск, это должно быть тяжело?

Уитни: Ну знаешь, мой папа попал под влияние людей, которые ему лгали. Он был болен в то время. Он был в больнице. Я оплачивала все счета, понимаешь, я заботилась об отце.

Опра: То есть, ты простила его?

Уитни: Абсолютно.

Опра: В конце концов, ты простила его?

Уитни: Абсолютно. Я люблю моего папу. Я знаю, что он был болен. Ему было за 80 в то время, и он постоянно лежал в больнице - проблемы с сердцем и диабет. И люди пытались получить от него деньги, добраться до меня через него. Шантажировали его.

Опра: Временами это было больно, верно?

Уитни: Очень. Был период, пара лет, когда мы вообще не разговаривали. Но когда он заболел, серьезно заболел, я приехала в больницу и сказала: "Давай покончим с этим. Ты же мой отец. Я люблю тебя. Я буду с тобой до конца. Я буду с тобой, я позабочусь о тебе". И в результате когда это пришло, когда пришел конец, все было в моих руках.

Опра: Я слышала, что ты решила не идти на похороны, но ты провела с ним наедине какое-то время?

Уитни: Я устроила поминовение за день до похорон, мое собственное. Для меня. Со мной была только моя семья, Дионн, моя двоюродная сестра ДиДи, моя мама, моя семья. Было так много прессы. Так много СМИ. СМИ преследовали меня, я не могла побыть наедине со своим горем. Поэтому я заказала собственную службу. И так как мой отец был очень влиятельным человеков в Ньюарке, Нью Джерси, у него было много друзей, и я устроила службу для них, чтобы они могли прийти.

Опра: И отдельную для себя.

Уитни: А у меня была своя.

Опра: Насколько тяжелым для тебя был уход Майкла Джексона?

Уитни: Разрушителен. У меня столько хороших воспоминаний, о том как мы проводили вместе время. Я знаю его семью столько лет. Как минимум 20. Я подумала: "Это не может быть правдой. Этого не может быть". Я знала, что он сидел на болеутоляющих какое-то время. Я не знала, насколько далеко это зашло, насколько глубоко он был в этом. Я только помню, как когда участвовала в концерте к его юбилею - 30-я годовщина, как я смотрела на Майкла, помню, как смотрела на себя..

Опра: Это когда ты была худая, как скелет. Ты была хрупкой.

Уитни: Была, да. Мне становилось страшно.

Опра: Смотреть на него?

Уитни: Да, и потом смотреть на себя. Я думала: "Нет. Я не хочу, чтобы это было так. Этого не может случиться. Не с нами с Майком". У нас было кое-что общее.

Опра: Ты же тогда принимала наркотики, да? Поэтому ты была настолько худой, верно?

Уитни: Да. Но были вещи, которые происходили со мной в эмоциональном плане. Я беспокоилась.

Опра: О нем?

Уитни: Да. И о себе, о браке... многое происходило. Мы с Майком были очень близки.

Опра: Когда ты видела его в последний раз?

Уитни: Я думаю, это было когда мы с ним много говорили во время того судебного разбирательства [Примечание: речь идет о периоде, когда Майкла обвиняли в педофилии]. К тому времени он многих отрезал от себя. Он не хотел, чтобы его видели.

Опра: Он и тебя отрезал?

Уитни: Он говорил со мной по телефону, но он не хотел, чтобы я его видела. Я никогда не встречала никого похожего на этого парня. И так закончить? Это печально. Да..

Опра: И когда ты увидела его на тридцатилетнем юбилее, ты подумала, что видишь свое отражение?

Уитни: В каком-то смысле да, да.

Опра: Ты подумала, что тоже можешь стать такой?

Уитни: Я не хотела идти по такому пути.

Опра: Не хотела идти по такому пути, да. Твое сердце все еще ёкает, когда ты думаешь об этом?

Уитни: Ужасно. Ужасно... Да. Да.

Опра: И что ты видишь сейчас? Ты права, я была одной из тех, кто молился за тебя, и я никогда не думала, что столько людей откликнутся, узнав, что я устраиваю это интервью. Так много людей тянется к тебе. А когда я услышала этот второй трэк на диске "Ничего кроме любви" ("Nothin' But Love")…

Уитни: Да..

Опра: Мне кажется, это то, что люди чувствуют к тебе. Ты чувствуешь эту любовь сейчас?

Уитни: Да. В основном, к себе.

Опра: В основном, к себе.

Уитни: И это здорово. Это приятное ощущение. У меня оно есть..

Опра: Чему ты научилась? Чему тебя научил весь этот процесс? Когда ты сидела там с наркотиками. Со злыми глазами на стенах.

Уитни: Давай уже отойдем от этой темы, Опра.

Опра: Это меня напугало.

Уитни: Ты знаешь, подруга, когда я курила, все было немножко по-другому.

Опра: Это так необычно, обычно мы не сомневаемся: дьявольские глаза на стенах - значит надо уходить…

Уитни: Это было сложно, потому что он меня не отпускал, он не давал мне уйти.

Опра: И ты не думала, что у тебя есть силы, чтобы уйти самой?

Уитни: Я просто знала, что если...

Опра: И поэтому ты молилась Богу, чтобы этот день пришел.

Уитни: "Просто на один день дай мне силу, и я уйду, только один день, потому что я не могу больше так жить. Я не собираюсь делить его с этой, с этой, с той, я не собираюсь этого делать. Он не будет тащить это в мой дом, и я не позволю моей дочери думать, что любовь такая."

Опра: Как думаешь, почему ты не могла уйти без этой молитвы? Что тебя держало там? Что тебя держало?

Уитни: Привычка. Я приспособилась к такой жизни.

Опра: К такой жизни?

Уитни: Мысль о том, что все в порядке, что все наладится.

Опра: Итак, теперь есть "I Look To You". Cпустя так много лет.

Уитни: Да, да.

Опра: Я слушала сегодня этот трэк "I Look To You" и медитировала. Когда ты впервые записала эту песню, кому ты ее пела? Кому ты говорила: "Я обращаюсь к тебе"?

Уитни: Прежде всего, я хочу сказать, что эту песню для меня написал Роберт Келли, которого мы все знаем как Р. Келли, 10 лет назад.

Опра: 10 лет назад?!

Уитни: 10 лет назад.

Опра: Хорошо. Всему свое время.

Уитни: Да, у бога на все свое время, то самое время. Это была первая песня, которую мне представили для альбома. И я хотела, чтобы она передала то, что я бы хотела, чтобы люди знали обо мне. На кого я надеюсь. Как я справляюсь, как я переживаю тяжелые времена.

Опра: То есть, ты говоришь о ком-то большем, чем ты сама?

Уитни: Большем, чем я, куда большем, чем я. Кое-кто больше, чем ты и я.

Опра: И поэтому ты назвала альбом "I Look To You", потому что в этом суть?

Уитни: Да, да, это суть, я хотела, чтобы все поняли и почувствовали это в этой песне, в этом альбоме.

Опра: Ну ты знаешь какая у меня любимая песня в этом альбоме....

Уитни: Я знаю.

Опра: Ты это знала, когда записывала ее.

Уитни: Знала.

Опра: Дайан Уоррен и Дэвид Фостер. Правда, что эта песня частично о том, что ты пережила?

Уитни: Да...

Опра: Мне нравится текст: "Я потеряла связь со своей душой, мне некуда было возвращаться, мне некуда было идти. Я упустила из вида мою мечту.." Это все правда?

Уитни: "Я думала, это будет мой конец...." Да...

Опра: "Я думала, что никогда не смогу". Но моя любимая часть вот эта: "Я думала, что никогда не найду свой путь, я думала, что никогда не подниму этот ношу, я думала, что сломаюсь, я не знала..."

Уитни: "Своей собственной силы"

Опра: "Я не знала моей собственной силы"

Уитни: Сильные, сильные слова. Когда я пела ее, это зашло дальше меня, я думала о женщинах, которые сражаются  с раком, о женщинах, которые борятся проблемами дома. Я думала о родителях-одиночках, матерях и отцах. О детях, которые растут в таких напряженных ситуациях. Не только о моей жизни. Я обратилась к жизням других людей, и я пела обо всех, для всех. Я видела, как сама меняюсь, я становлюсь собой. Я же буквально жила в пижаме 6 или 7 месяцев. Просто сидела в пижаме, смотрела как моя дочь уходила в школу, махала ей рукой: "Пока, милая, увидимся", что-то съедала, возвращалась в постель, просыпалась, видела, что дочь вернулась из школы, убеждлась, что с ней все в порядке...

Опра: А как сейчас дела у Бобби Кристины?

Уитни: Отлично. Отлично. Я не знаю, как описать ее. Она все больше и больше становится похожа на меня, с каждым днем.

Опра: Она, кстати, стала внешне больше похожа на тебя!

Уитни: Да, стала. Когда она была ребенком, она была куда больше похожа на отца - телосложение, лицо, кожа, понимаешь?

Опра: Ты видишь себя в ней?

Уитни: О, во всем. Она все время сочиняет, пишет. И поет. Она правда начала сейчас хорошо петь.

Опра: У нее получается?

Уитни: Да, получается. Я не хочу, чтобы она торопилась. Я не хочу, чтобы кто-то ее трогал. Я буду заботиться о ней.

Опра: То есть, если она выберет этот бизнес, ты не будешь против?

Уитни: Не буду, но я буду рядом. Я буду с ней как моя мама была рядом со мной.

Опра: Тебе нравится быть матерью?

Уитни: Очень. Мне очень нравится быть матерью и смотреть, как она превращается в женщину. Иногда бывают моменты, когда она как любая молодая девушка сталкивается с проблемами, мальчики, ну ты понимаешь, всякие мелочи, и я вижу как она переживает. Я люблю, когда она приходит ко мне, я вижу, что она мне доверяет. Она доверяет мне, мы говорим по душам: "Слушай, так бывает, и мы вместе это переживем. Мы переживем, мы справимся". Все такое. Мне это нравится.

Она гордится мной. А я горжусь ею. Она залезла ко мне на кровать сегодня утром и говорит: "Мама, можно я скажу тебе, как сильно я тебя люблю, и как горжусь тобой? Я так горжусь тобой. Мы сделали это, мама. Мы сделали."

Опра: Это много значит для тебя? Сейчас многое зависит от этого момента. Ты считаешь это возвращением? Это возвращение? Или это выход? Или это преодоление?

Уитни: Преодоление.

Опра: Это преодоление.

Уитни: Да, это время преодоления. В альбоме есть песня, ее написал Р. Келли: "Не называй это возвращением, я была здесь все эти годы".

Опра: Да

Уитни: "Через всю трагедию, через всю боль, через все слезы, пора остановить эти американские горки, чтобы я могла слезть и начать двигать горы, переплывать моря и карабкаться по стенам, потому что я девочка-солдат".

Опра: "Я девочка-солдат". Мне тоже нравится этот трэк.

Уитни: Песня называется "Salute".

Опра: Итак, это значит, что ты свободна от наркотиков?

Уитни: Да, мэм. Не думай, что у меня нет влечения к ним. Бывает время, когда мне нужна минута, чтобы очиститься, скинуть: "Уйди от меня. Оставь меня в покое. Отпусти". Приходиться молиться, чтобы это ушло. Время от времени я могу выпить. Не пойми меня неправильно. Если ты увидишь меня в баре, не подумай...

Опра: Не говорите, что она опять начала…

Уитни: Нет, пожалуйста, не поступайте со мной так.

Опра: Потому что выпивка не была твоей проблемой.

Уитни: Да, это не проблема для меня. Но никакой травки. Никакого кокса. Нет.

Опра: Ты думаешь, ты снова будешь употреблять когда-нибудь? Соблазнишься?

Уитни: Опра, я могу говорить только о сегодняшнем дне. Сейчас - нет.

Опра: Сейчас - нет?

Уитни: Нет.

Опра: Сейчас ты знаешь, что ты сильная?

Уитни: Я знаю, откуда ждать помощи. Я это знаю. И я знаю, что эта сила во мне. Если я начинаю чувствовать слабость, я знаю к кому обратиться, я знаю куда идти, знаю куда бежать. Я знаю, что есть люди, которым я не безразлична, которые любят меня, и я знаю, что Бог любит меня. Он любит меня, и я люблю дух Бога так сильно, что я не желаю его ни на что променять. Я это ни на что не променяю. Ни на что. Потому что я ощущаю радость, которую даже не могу выразить словами. И покой, который за гранью понимания.

Опра: И я знаю, что без Бога ты бы не прошла через все это.

Уитни: Я столько времени была одна в Нью-Джерси, в Лос-Анджелесе, и я просто сидела и читала Слово. Святой дух говорил со мной, направлял меня. Без него я бы не знала, как пройти через всё это, зайти снова в студию и запеть. Но мне это удалось.

Опра: Ты боялась, что потеряла голос? Сокровище?

Уитни: Я боялась, что потеряла дух для этого.

Опра: То есть, ты не волновалась насчет голоса?

Уитни: Нет

Опра: Ты волновалась насчет духа?

Уитни: Я пела. Для себя. Для Бога. Но я не хотела больше брать в руки микрофон.

Опра: И Клайв помог это перебороть?

Уитни: Он сказал мне, что я могу это сделать. Он сказал: "Ты должна!" Я очень боялась возвращаться в этот мир, который называется музыкальная индустрия, понимаешь. Но музыка все еще живет во мне. Она жива.

Опра: И что это за чувство, это окружение, критика, все это, какие ощущения?

Уитни: Ты знаешь, когда я проснулась сегодня утром, я думала о... я должна честно сказать тебе, я думала: о чем сейчас думает Опра? Что она сейчас делает? Интересно, молится ли она сейчас?

Опра: Да, я молилась. Это было первое, что я сделала, я проснулась утром и помолилась, чтобы у нас с тобой получился настоящий разговор.

Уитни: Да, и я сделала то же самое. Я села у окна, я на 15-м этаже, и я села около окна, стала молиться, и..

Опра: Я была на 48-м

Уитни: И я просто соединилась с тобой, я соединилась с тобой духовно, я говорила, что хочу, чтобы она знала, что я люблю ее, я...

Опра: Я говорила то же самое…

Уитни: Вот что я сделала.

Опра: Это то, что я говорила. Мы отлично справились.

Уитни: Это точно.

Опра: Спасибо.

Уитни: Я люблю тебя.

Опра: И я люблю тебя.

[В студии]

Опра: Леди и джентельмены, пожалуйста, поприветствуйте Уитни Хьюстон.

[Уитни поет "I Didn't Know My Own Strength"]

Опра: Итак, мы снова с мисс Уитни Хьюстон. Я должна признаться, сегодня ночью после этого интервью я не спала, потому что это была настолько сильная связь...

Уитни: Да, я тоже не могла уснуть.

Опра: Я не могла прекратить думать об этом. Я полетела домой в Чикаго, я была настолько взволнована, Гейл [Кинг] знала, что я беру это интервью и... Гейл даже отвезла меня в аэропорт, чтобы мы могли еще немного поговорить… Потом я приехала домой и рассказывала об этом. Потому что я хотела поделиться какая мощная связь у нас была. Я чувствовала, что-то на самом деле произошло. Мне интересно - ты не жалела об этом потом? Ты жалела?

Уитни: Нет.

Опра: Я проснулась на следующий день, надеясь, что ты не жалеешь о том, что рассказала.

Уитни: Нет, знаешь, я, прежде всего, мать, и на этом этапе жизни я ни о чем не жалею. Я даже не сожалею о своем браке, о своей жизни, ни о чем, что со мной случилось.

Опра: Не сожалеешь?

Уитни: Нет, потому что это была божья воля, и я получила что-то от всего этого. Да.

Опра: Хорошо. А Бобби знал, что ты даешь это интервью?

Уитни: Э.. нет.

Опра: А сейчас он знает?

Уитни: Нет.

Опра: Нет... нет.

Уитни: Но я уверена, что будет звонок.

Опра: Ты беспокоишься об этом звонке?

Уитни: Нет, ни сколечко. Пусть. Пусть.

Опра: Потому что мне понравился момент....

Уитни: Я рассказала правду.

Опра: Да, да. Я помню этот момент во вчерашнем шоу, когда ты сказала: "Слушай, я о таком еще могла бы рассказать..."

Уитни: О да. Есть вещи, которые лучше не рассказывать.

Опра: Лучше не рассказывать... лучше не рассказывать...

Уитни: Ты знаешь, что я имею ввиду. Потому что... Давайте я объясню вам. Я никогда не была мелочной, злобной, мне не нужно зарабатывать на себе, на моем браке, на моем бывшем муже, на моей семье

Опра: Правильно.

Уитни: Мне это не нужно. Это не моя цель.

Опра: Правильно

Уитни: Мне нужно было освободиться от этого.

Опра: Ты почувствовала, что освобождаешься?

Уитни: Да. Я больше не собираюсь этого делать. Я не собираюсь отвечать на те же вопросы, что ты мне задавала.

Опра: Все сделано.

Уитни: Все сделано. Я не давала интервью уже 7 лет. И ты была единственным человеком, с которым я себя чувствую достаточно комфортно. Да.

Опра: Шестнадцатилетняя дочь Уитни Бобби Кристина здесь. Посмотрите на нее! Ты гордишься своей матерью?

Бобби Кристина: Честно? Словами не выразить, как я горжусь ею, правда. Я была там, когда все происходило, войны, кокс, все. Я оставалась на ее стороне, она мой лучший друг, понимаете? Как моя... сестра, понимаете?

Опра: Лучшая подруга, сестра…

Уини: Да, да. Это было непросто, но она... никогда не отпускала мою руку. И я никогда не отпускала ее. И... самое лучшее в этом, что мы знаем друг друга, мы доверяем друг другу.

Опра: Я слышала, что ты тоже любишь петь?

Бобби Кристина: Да.

Уитни: Она любит.

Опра: Я думаю, ты собираешься пойти по маминым стопам?

Уитни: О нет, нет, нет, нет.

Бобби Кристина: Я знаю, она не в восторге, но таков план.

Опра: Таков план?

Бобби Кристина: Таков план. Мой.

Опра: Твой. Ты это слышала?

Уитни: Я... слышала.

Опра: Мы скоро вернемся, мы скоро вернемся

Уитни: Хорошо.

[Включение видеообращения]

Дженнифер Хадсон: Я недавно родила ребенка, и для меня он маленький король. И одна из моих любимых песен, которую я ему пою – "Who Would Imagine A King", которую пела Уитни Хьюстон в фильме "Жена Священника". Я знаю песни Уитни. Я помню первую песню, которую я пела - "Greatest Love Of All".

Клайв Девис: первое видео на песню "The Greatest Love of All" вызывало у меня дрожь и мурашки по всему телу. Вот что она делает, и продолжает это делать сейчас.

Уитни: Боже!

Кристина Агилера: Первая песня Уитни, которую я услышала - "I Wanna Dance With Somebody. Мне было тогда 8 лет, и я пела ее на конкурсе школьных талантов.

Дженнифер Хадсон: Если вы действительно хотите научиться петь, вы слушаете Уитни.

Дионн Уорвик: Она действительно заслужила каждый грамм того, что она получила. Я так горжусь ею и так довольна. Она вернулась с гордо поднятой головой, показала нам всем, на что она способна.

Селин Дион: Ты знаешь, я развивалась, слушая тебя, и все, что ты пела, вдохновляло меня. Твоя музыка очень глубоко меня трогает. Я так счастлива, что ты вернулась. Слишком много времени прошло, мы скучали по тебе. Очень! Я очень тебя люблю.

Кристина Агилера: Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты была моим вдохновением, год за годом, я люблю тебя, Уитни.

Дженнифер Хадсон: Я люблю тебя, пока!

Уитни: Спасибо, спасибо вам.

Опра: Прежде чем мы попрощаемся, я хочу сказать браво Клайву Дэвису, легендарному музыкальному продюсеру. Вставайте. Клайв Дэвис. Клайв Дэвис. Тот кто первым услышал The Voice, когда ей было 19 лет. Мы просто хотим сказать, спасибо вам, Клайв, за то, что вернули нам Уитни. Что вы чувствуете по этому поводу?

Клайв Дэвис: Вы знаете, одно дело открыть звезду, которую будут почитать много лет. Но сейчас, когда прошло 7 лет ee отсутствия на сцене и 10 лет, с тех пор, как мы последний раз работали вместе, главный вопрос был в том, соскучилась ли по ней публика. И я скажу вам кое-что. Публика скучала по ней так сильно, что ее альбом дебютировал на первой строчке хит-парада Биллборд!

Опра: Да! Диск Уитни "I Look To You" дебютировал на первой строчке чарта Биллборд! В магазинах прямо сейчас. В магазинах прямо сейчас! Моя любимая песня #7. Номер 7. Всем пока, я на вас надеюсь.

Уитни Хьюстон - одна из самых значимых личностей в истории популярной музыки. Она стала первой черной певицей, чьи видеоклипы попали в широкую ротацию MTV, чем наряду с Майклом Джексоном помогла в преодолении цветных барьеров для афро-американских исполнительниц на телевидении и радио. Хьюстон была значительным катализатором в продвижении черной музыки c сохранением вокальных традиции соул, поп, джаза и госпела.

Благодаря выдающемуся вокальному таланту ее называют "The Voice" ("Голос"). Вокальный стиль Уитни Хьюстон оказал огромное влияние на музыкальную индустрию. Она привнесла в популярную музыку заложенные в нее с детства элементы госпел-пения, выработала виртуозный певческий стиль, основанный на внезапных наростаниях и многочисленных мелодических украшениях - мелизмах. Несмотря на то, что они использовались соул-исполнителями и ранее, Уитни вынесла мелизмы на совершенно новый уровень. Тогда это называли "вокальными руладами", описывая как Хьюстон берет одну ноту и добавляет к ней замысловатую волнообразную завитушку на протяжении нескольких секунд. Отпечаток поразительной техники Хьюстон до сих пор заметен почти в каждой поп-диве и исполнителе легкого урбан соула: как у женщин, так и у мужчин. Ее голос и исполнительское искусство стали образцом для подражания по всему миру.

The Los Angeles Times описал Голос Уитни Хьюстон как "монумент на пейзаже поп-музыки 20-го века, который определял архитектуру этого времени, приютив мечты миллионов и вдохновлял на альпинистские карьеры бесчисленных имитаторов", добавив "В ее лучшие годы, ничто не могло сравниться с ее огромным, чистым, вальяжным меццо-сопрано". The New York Times отметил, что Хьюстон "воскресила традиции ориентированного на госпел поп-соул пения". Rolling Stone написал, что она "переопределила имидж соул иконы среди женщин и повлияла на исполнительниц от Мэрайи Кэри до Рианны".

По признанию многих Уитни Хьюстон - самая влиятельная вокалистка современности. Селин ДионМэрайа Кэри, Тони Брэкстон, Бейонсе, Дженнифер Хадсон, Леона Льюис, Алишия Кис, Кристина Агилера, АдельМоника, Брэнди, Дебора Кокс, Келли Роуланд, Мишель Уильямс, Бритни Спирс, Леди Гага, Николь Шерзингер, Рианна, Сиара, Пинк, Мелани Фиона, Тамия, Джесси Джи, Нелли Фуртадо, Шарис и многие другие указывали ее своим музыкальным вдохновением.

Получать обновления

Последние посты на форуме

  • Re: Трибьюты, посвящения, мысли знаменитостей об у... - Deminora Понедельник, 20 Ноябрь 2017 13:15 - Мда.. Но сейчас я рада любому трибьюту на рейтинговом шоу. Хочется, чтобы о Уитни вспоминали.. Плюс сказала хорошие слова. Это выступление подвигнет кого-то послушать - а как же пела Уитни. И это здорово!
  • Re: Трибьюты, посвящения, мысли знаменитостей об у... - Bess Понедельник, 20 Ноябрь 2017 07:44 - https://www.youtube.com/watch?v=2yNYJmJdptwКристина прошлым вечером. Не впечатлила, особенно на IWALY.
  • Re: I Wish You Love: More From The Bodyguard (17 н... - Vitcher Воскресенье, 19 Ноябрь 2017 21:02 - Я если чесно думал что JLM fv, будет не тот кусок который они пели на крыльце дома, а когда они с Френком вернулись назад и там фоново звучит студийно записанная эта же версия дуэта, оч красивая. Чем обусловлен выбор первой не пойму.
  • Re: Фотосессии Уитни Хьюстон - Vitcher Воскресенье, 19 Ноябрь 2017 20:52 - Не знаю как у вас, но у меня есть два любимых периода ее фото, это IYBT эра и MLIYL включая грейтесты. В первом она с какими-то огоньками в глазах и очень игривая, наверное даже излучает секси что-то. Второй период она такая “взрослая” и уверенная дама, от которой просто прет этой...
  • Re: I Wish You Love: More From The Bodyguard (17 н... - Bess Воскресенье, 19 Ноябрь 2017 17:08 - https://twitter.com/Xtina_Daily/status/931334780033015808репетиция Кристины, правда, я не поняла, что за песня в итоге)Пэтти Ховард на бекахА представлять будет Вайола Девис

Авторизация



Сейчас на сайте

  • 1 гость
  • [Bot]
  • [MJ12]
  • [Mail.Ru]