Распечатать

Дополнительный материал к фильму "Спаркл": актерский состав вспоминает Уитни

Перевод: BittaJam
Субтитры: Irina1978

Видео с русскими субтитрами:

EMMA:
Если ты собралась рассказать мою трагическую историю...
окажи мне честь и расскажи ее правильно.

DEBRA MARTIN CHASE (продюсер):
Многое в жизни случается именно тогда, когда оно должно случиться.
Мы 12 лет пытались снять этот фильм.
И, если бы мы сделали его раньше, её бы в нем не было...
Потому что она была слишком взрослой для Сестры, но слишком молода, чтобы сыграть мать.
В итоге все произошло в тот момент её жизни...
когда она была действительно готова к этому во всех смыслах.

SALIM AKIL (режиссёр, продюсер):
Она приходила на съёмки со своей копией сценария, где были сделаны пометки.
И мы обсуждали сцены, её роль...
её видение, моё видение.
Мы работали вместе, как команда...
чтобы создать персонажа, которого она так страстно хотела сыграть.
И она изумительна в этой роли...

MARA BROCK AKIL (сценарист, продюсер):
Когда Дебра сказала, мол, Уитни хочет сыграть Эмму...
первой моей мыслью было: «Ты шутишь?»
И, честно говоря, не верилось: «Я встречусь с Уитни Хьюстон?»
Я хорошо помню тот день...
когда у меня в руках оказался номер журнала ’Seventeen’, за которым я буквально бежала к почтовому ящику...
где была эта красивая черная девушка на обложке...
Это меня поразило.
Я очень долго его хранила, потому что это так много значило для меня.
Дело было в том, что… хотя не уверена, что тогда могла сформулировать это тогда,
но, оглядываясь назад, понимаю, что юная Мара думала вот о чем:
«Ух ты, это возможно...
мы можем быть такими же красивыми, эффектными...
и такими же востребованными для журналов...
Я бегу к почтовому ящику так же, как любая другая молодая девушка.
Нас видят такими красивыми, какие мы есть, и я это знаю»
Это нашло отклик в моей душе, я увидела тогда это в Уитни.

SALIM AKIL:
В каком-то плане Мара права.
Первая твоя мысль: «О, черт, это...
это Уитни Хьюстон. Понимаете, кроме шуток».
Были моменты, когда я просто стоял...
понимаете, я говорил с ней и терял нить разговора.
Я думал: «О, я разговариваю с Уитни Хьюстон».

MARA BROCK AKIL:
Первое чтение сценария
это был особый момент для меня в прошакшене.
Это была моя первая возможность поздороваться, сказать, как я её люблю...
как много она значит для меня.
И я была готова сказать ей всё это.
И я сказала...
Но только после того, как она сказала несколько чудесных слов мне, и...
Я гордилась своим сценарием. Я...
Но когда Уитни Хьюстон называет тебя ангелом...
И все потому, что то, что она стремилась выразить, было:

«Мара, то, каким я хотела, чтобы был этот фильм...
то, что я хотела сказать этим проектом...
10 лет назад, 11 лет назад...
ты смогла это сделать. Ты мой ангел...
потом у что смогла сформулировать то, что я хотела сказать».
Это забавно - она говорит это мне, а я думаю:
«Оглядывась на все то, что ты донесла до меня за все эти годы,
я думаю, что это ты ангел».
Думаю, что то, что мы пытались выразить нашим, таким ограниченным, языком...
было ощущение, что мы распознали Божий дар друг в друге.
Ее - как артистки, мой - как писателя.
И...
Было очень приятно пережить тот момент, и я... Знаете, я рада, что это было со мной.

SALIM AKIL:
Взаимоотношения между актером и режиссёром очень личные.
И отношения, которые сложились у нас с Уитни
за очень короткое, но насыщенное время...
Насыщенное, потому что мы старались создать что-то за короткий период времени.
Эти отношения основывались на доверии, конечно...
...и на понимании.
Один из тех моментов, которыми я особенно горжусь...
это когда я узнал, что у нее должно было быть интервью с...
кажется, Entertainment Tonight, и, знаете...
она позвонила мне и спросила, смогу ли я участвовать вместе с ней.
Я был счастлив участвовать, понимаете?
Я был счастлив. Это просто...
Знаете, было приятно, что она настолько доверяет мне и...
что ей было комфортно в моем присутствии.

DEBRA MARTIN CHASE:
Она пришла на съемки, будучи готовой отдавать себя, быть там.
Она мгновенно полюбила всех актеров.
Не только в своей роли матери...
в которую она вошла сразу же, но просто потому, что она была такой в жизни.
Джордин была особенной, я думаю, по двум причинам.
Во-первых, Джордин всего на несколько лет старше, чем Бобби Кристина.
Так что ей было очень легко
проникнуться этим материнским, покровительственным чувством к ней.
А во-вторых, она увидела в Джордин себя.
И они интуитивно чувствовали друг друга.
Помню тот день, когда Джордин играла финальную сцену,
Уитни тогда не работала,
но она позвонила мне и сказала: «Я иду, я иду.
Я должна видеть мою девочку!»

JORDIN SPARKS (Sparkle):
Она могла бы просто отработать свои эпизоды и уехать.
А она оставалась, разговаривала с нами, общалась с нами,
спрашивала, не нужно ли мне что-нибудь.
И это было искренне. Как будто кровные узы между матерью и дочерью.
Было очень приятно видеть её в таком свете,
видеть, какой она была настоящей, какой она была приземленной.
Поразительно в Уитни было то  что -
скажу для людей, которые с ней не встречались -
когда ты с ней знакомился, то понимал, что она верила в каждое слово,
которое пела во всех своих песнях.
Когда вы встречались, она была тем самым человеком, который их пел.
Не было так, что ты видел ее в клипе,
как она поет ’The Greatest Love Of All’,
а в реальности ты смотришь на неё, и видишь что-то другое.
Она могла сказать тебе: «Ты — это будущее, ты можешь это сделать».
Мы снимали сцену ужина, и, знаете...
когда то ли они меняли плёнку, то ли настраивали угол съемки…
А мы снимали в Детройте - в большом доме.
Многие сцены были сняты там, это были не просто декорации одной комнаты...
и декорации другой комнаты... Это был настоящий дом.
В общем, я прошла из обеденной комнаты в кабинет.
Там стоял рояль, за которым я сижу и пишу свои песни в фильме.
Я села за него, стала репетировать то, что разучивала для фильма...
И... Я погрузилась в это, вся в своих мыслях... Закрыла глаза...
И вдруг я почувствовала, как на мои руки ложатся другие руки.
Я не знала, кто это был, так что обернулась и посмотрела вверх...
Уитни облокотилась на мое плечо и стала играть.
А… я просто сидела... Знаете, я даже не знала, что мне делать.
У меня была одна мысль: «Это происходит на самом деле?
Она позади меня, играет на пианино».
Это было так по-матерински.
Она просто подошла и начала играть.
И в тот момент она не была Уитни Хьюстон, суперзвезой...
она была... она была Уитни.
Она была моей подругой, которая сидела рядом и играла песню на рояле.
И я буду хранить этот момент в памяти вечно.

DEBRA MARTIN CHASE:
Она находилась на том этапе своей жизни,
когда ей было наиболее комфортно с самой собой...
Комфортнее, чем когда-либо, насколько я знаю.
Она несла свой жизненный опыт, взяв из него лучшее.
Она была откровенна относительно многого из того, что происходило, с позиции:
«Вы знаете, это часть меня, но я прошла через это,
и я чувствую, что я ощущаю свой опыт».
Материнство - это была самая важная вещь на свете для нее.
Так что она действительно пришла на съемки,
будучи готовой отдавать.
Она обожала Тику и Кармен.

CARMEN EJOGO (Sister):
Уитни хорошо осознавала тот факт, что между моим персонажем и её жизнью
было довольно много общего.
Взлёты и падения.
И она всегда была открыта и готова поделиться тем опытом настолько, насколько мне было нужно,
чтобы добавить реалистичности в эту историю.
Я была очень тронута ее великодушием в этом смысле,
потому что в таких вещах, понимаете...
Пройдя через такое количество испытаний и невзгод в жизни,
было очень вероятно, что она закроется.
Но она была не таким человеком. Она была одним из самых открытых,
искренних людей, которых я когда-либо знала, правда.
Так что это было очень ценно,
что мы так провели время с ней на съемках.

TIKA SUMPTER (Dolores):
Ты растешь, смотря все эти записи, диски
с ее лицом, ее красотой, а ее голос...
А потом тебе звонят и говорят, что ты будешь играть ее дочь...
Она сидела рядом со мной на первом чтении сценария.
Моя нога под столом буквально тряслась,
потому что одно было внутри: «Это Уитни Хьюстон»
Она была на месте все время.
Счастливая. Она была на площадке как мама. Она называла нас своими детками.
Такое ощущение, будто все время было так весело, свободно...
Знаете, даже если я просто сидела где-нибудь с краю тихонько, она подходила:
«С тобой все в порядке, детка? Ты в порядке?» Или говорила: «Я так тобой горжусь»
Просто так. Она утешала.
Она была той самой силой, привносящей покой на площадку.
Я благодарна за то, что у меня была возможность с ней поработать.

DEBRA MARTIN CHASE:
Она была готова отдавать и делиться
этим огромным… опытом...
и мудростью, которую она получила с годами.

DEREK LUKE (Stix):
Что мне больше всего понравилось в Уитни Хьюстон на съемках -
это то, как она воодушевляла и как она сотрудничала с группой.
Что делает ее Легендой - это то, что она очень настоящая.
Они не видят себя так, как другие люди их видят.
И такой Уитни оказалась.
На публике она та, кем является, но вы видели настоящего человека.

MIKE EPPS (Satin):
Я работал с Уитни Хьюстон много лет назад.
Мы снимали видео вместе с ней и Бобби Брауном много лет назад...
И мы тогда познакомились...
Это было невероятно - работать с Уитни.
Я рад, что у меня была возможность поработать с таким...
великим человеком, каким она была, понимаете?
И остается. Великое наследие.
Так много альбомов.
И она была такой же отличной актрисой, как и певицей.
Это было невероятно - работать с ней. Полная жизни, веселая и настоящая...
И увлеченная настоящим.

OMARI HARDWICK (Levi):
Я спросил Уитни на площадке,
не могла бы она спеть ’You Give Good Love’ для меня...
мою любимую песню. Она откинулась назад...
Почти прильнула ко мне и прошептала:
«Омари, это было так давно».
Я просто хотел услышать, как она поет эту песню, так что она немножко
напела ее мне...
но было очень интересно видеть, как она уходит в ностальгию.
Можно было увидеть, куда она направилась в мыслях,
как вращалось колесо времени...
что она пыталась воссоздать в своей памяти.
Она, без сомнения, была саундтрэком к нашим жизням.

HARVEY MASON, JR (Продюсер):
Она всегда хотела сделать работу на отлично, и мне этого очень не хватает, я буду по этому скучать.
Потому что многие артисты довольствуются тем, какие они есть.
Они делают свою работу, но сильно не напрягаются.
И я буду скучать по этой страсти, по этой энергии.
Когда она выходила из кабинки в студии после записи последней песни, которую мы записывали,
она пританцовывала. «Давай, давай танцевать!»
И она стала танцевать. Это необычно.
Не каждый это делает.
Эта радость от того, что она делала, и эта...
знаете, я ненавижу так говорить, радость жизни...
Но просто это чувство, этот позитивный взгляд, оптимизм -
это то, что было в ней уникальным, что делало ее особенной.
Это то, по чему я буду скучать.

DEBRA MARTIN CHASE:
Я думаю, что ее музыка была важна для людей по двум причинам.
Во-первых, она была повсюду.
Знаете, это был саундтрэк 80-х и, в большой степени, 90-х.
Песни, под которые мы танцевали,
песни, которые играли у нас во время
значительных, важных моментов в жизни,
песни, в такт которым начинаешь притоптывать и улыбаться,
песни, которые заставляют тебя чувствовать.
Этот Голос был неопровержим.
Это был Голос поколения.
Голос всей жизни.
И...
Знаете, я думаю, это еще и потому, что люди любили ее
и понимали, что ее музыка была ее даром миру.

HARVEY MASON, JR:
Мне очень грустно,
что мы потеряли кого-то, настолько особенного, того, кто мне был так не безразличен.
Того, кого так уважали и на кого равнялись все в индустрии.
И, в конце концов, того, кто изменил так много человеческих жизней
своей музыкой, своим голосом, своим даром, понимаете?
Когда у людей проблемы, они слушают песни Уитни Хьюстон.
Когда они что-то празднуют, они слушают песни Уитни Хьюстон.
Когда они женятся, они слушают ее музыку.

JORDIN SPARKS:
Для меня, после того, как я слушала ее музыку,
идолизировала ее, пыталась петь ее песни,
повторять ее мелизмы, запоминать их…
бывали моменты, когда мне буквально приходилось щипать себя.
Как певица певице она иногда говорила такие вещи...
чудесные комплименты вообще,
но особенно из ее уст...
Я имею в виду, я пела ’I Wanna Dance With Somebody’,
используя расческу вместо микрофона...
Я помню это так явно, как стояла там с моей расческой.

HARVEY MASON, JR:
В моем сознании ее наследие —
это лучший женский голос нашего поколения.
Были другие невероятные голоса, но если оглянуться
на последние 15 или 20 лет, то она — человек,
который стал эталоном женского вокала.
Так что ее музыка будет ее наследием, и это единственный очевидный ответ.
Когда ее не стало, когда я сел в машину, по радио шел 24-часовой блок из песен Уитни Хьюстон.
И я ехал и думал о всяких других вещах,
о том, что говорили, то и се...
Обо всем, что происходило в ее жизни.
Включилась музыка, и это все, что на самом деле всех волнует.
Все, что меня волнует.
Люди, ехавшие как и я, думали:
«Ух ты, какая изумительная песня, какой невероятный голос,
какая потрясающая артистка»
Оглядываюсь назад и понимаю, что для меня это то, кем она всегда будет.

DEBRA MARTIN CHASE:
Лично я нахожу огромное утешение в том факте, что этот фильм существует,
потому что это мой личный вклад в ее наследие.
Это ее собственный вклад в свое наследие.
И она любила этот фильм так сильно.
Она была так воодушевлена им.
И она...
И, честно говоря, это лучшее актерская игра в ее жизни.
На самом деле это было весело.
Это было после первого...
наверное, в самый первый день -
она блистательно справилась со сценой.
По-настоящему, и всего один дубль. УаУ!
И я подошла к ней, отозвала в сторону и сказала: «Слушай...
Ты всегда была кинозвездой»
Из нее как будто воздух выпустили.
«Но теперь ты стала настоящей актрисой».
И она сжала меня в объятиях, мол, «Правда?», и я ответила, «Да.
И ты это знаешь, и ты это чувствуешь».
И она ответила: «Да».

MARA BROCK AKIL:
Я считаю, это было так смело с ее стороны взяться за персонаж Эммы.
Из-за прошлого этого персонажа.
В нем много общего
с тем, с чем ей самой пришлось бороться.
И я подумала о том, как проникновенно это будет.
Она сможет высказаться через Эмму.
Но это приобрело совершенно другое значение для меня
теперь, когда ее не стало.
Как красиво и с каким классом Уитни озвучила свое последнее слово.
И...
Понимаете, через Эмму.
Ее последние произнесенные слова в фильме были...

EMMA:
Пусть шоу будет отличным!

MARA BROCK AKIL:
Она отдала нам всю себя в своей музыке и в своих выступлениях.
И это очень простая фраза, но из ее уст она значит для меня очень много.
И, особенно, понимаете...
Это то, что мы должны делать, касается ли это нашей карьеры в шоубизнесе или жизни в целом.
Стремиться к лучшему.
Так что это.... я просто... Спасибо, Уитни.

DEBRA MARTIN CHASE:
У нее была сложная жизнь.
Очевидно, что в ней были и хорошие вещи, и плохие.
Это то, что и есть жизнь.
У нее была такая судьба — прожить ее всю на глазах у публики.
Но я думаю, что мы все...
Я знаю, что мы все надеемся на то,
чтобы достичь того этапа,
когда нам будет комфортно в собственной шкуре.
И она была к этому ближе, чем когда бы это ни было.
Она впервые достигла этой зоны комфорта.
И это отрада для меня.
И опять  же я думаю, что это пришло, когда она сыграла Эмму.

SALIM AKIL:
Когда мы встретились с Уитни,
и для нее, и для меня наш разговор
поднял множество воспоминаний из детства.
И, знаете, кажется, мы с ней абсолютно одного возраста.
И... Это было интересно.
Это был замечательный, прекрасный момент моей жизни,
который, как я уже сказал, я буду лелеять.
Это один из самых светлых этапов моего пути.

WHITNEY:
Ребята, вы все отлично делаете. Люблю вас всех. Спокойной ночи.

Получать обновления

Авторизация



Сейчас на сайте

  • 2 гостей
  • [Bot]
  • [Yandex]